Неаполь и неаполитанцы

Разместить рекламу на «Италия по-русски»
Изображение пользователя Кампана.

Неаполь - весел, свободен, оживлен, бесчисленное множество людей снует по улицам, король на охоте, королева - в интересном положении, словом - все прекрасно. Гете. "Итальянские путешествия"

Жизнь на вулкане

Если вы путешествуете по Италии на автомобиле, вы безошибочно узнаете, что приближаетесь к Неаполю. По запаху сероводорода. В окрестностях Неаполя - сорок действующих вулканов. Недаром греки называли эту землю исчадием ада. Вот живописная гора, поросшая бурной растительностью. Гора знаменательна тем, что возникла за одну ночь, во время землетрясения. Вот спокойное озеро с изумрудной поверхностью. Оказывается, это кратер одного из потухших вулканов.

Землетрясение здесь - дело привычное и даже обыденное. На "рядовые" землетрясения, когда стулья катаются по полу, неаполитанцы уже перестали обращать внимание. В памяти остаются лишь серьезные, подобные тому, которое случилось в 1980 году, когда две трети города ушли под землю. Все началось в четыре часа утра. Из-под земли послышался нарастающий рокот. Мебель в домах словно взбесилась. "Политически подкованные" горожане решили, что на них напали русские и начинается атомная война. Люди выбежали из домов и увидели, как улицы разъезжаются друг от друга, и здания, словно карточные домики, сыпятся вниз. А потом земля сдвинулась обратно. Народ, наблюдавший этот апокалипсис наяву, сходил с ума. Старики и сердечники умирали тут же. Помимо потерявших кров, Неаполь пополнился армией сумасшедших. Человеческая психика была не в состоянии противостоять безумству разбушевавшейся стихии. Целые кварталы ушли под землю. За считанные минуты рядом выросла новая огромная гора.

40 действующих вулканов неаполитанской земли могут в любой момент активизироваться. Самый знаменитый из них, конечно, Везувий. Мировые сейсмологи и синоптики утверждают, что до его следующего извержения остались считанные месяцы. Уже готов план эвакуации города.

- Опасно жить на вулкане! - говорю водителю нашего экскурсионного автобуса Луиджи.

- Зато здесь очень плодородные почвы, - отвечает итальянец. - Я живу во-он на той стороне вулкана. И не боюсь.

- А если рванет?

- Так меня предупредят об этом за два месяца!

Неаполь начинается с "танков". Так называются дома на окраине города, напоминающие российские "хрущевки". После злополучного землетрясения 1980 года люди несколько лет вынуждены были жить в палатках, пока для них в спешном порядке строились эти дома.

И все же Неаполь считается сердцем южной Италии. Он расположен на западном побережье, всего в двух часах езды от Рима (220 километров) на юг. "Прелестный залив с загибающейся к горизонту береговой полоской суши с очертаниями Посиллипо с одной стороны, полуостров Сорренто с другой и громадный конус Везувия, возвышающийся над береговыми холмами, составляют славу этого места", - убеждают туристов романтически настроенные авторы путеводителя.

Неаполь был основан греческими колонистами и первоначально назывался Партенопеей. Его нынешнее название восходит к 450 году до Рождества Христова, когда вновь нагрянувшие греческие колонисты обосновались по соседству со старым поселением и назвали место своего пребывания Неаполис (Neapolis), что в переводе с греческого означает "Новый город". Оба поселения слились в одно уже после прихода римлян, примерно в 326 году до Рождества Христова. Еще полтора века Неаполь оставался "очагом" греческой культуры (в городе сохранялись греческие обычаи, язык). Позднее римские императоры и патриции превратили город в свой излюбленный курорт. После падения Рима Неаполь находился под властью разных правителей, сменявших друг друга, затем какое-то время существовал самостоятельно под управлением своего дожа, потом был захвачен норманнами, после чего власть над Неаполем переходила к Гогенштауфенам, герцогам Анжуйским, к испанской короне. В 1713 году Неаполь стал собственностью Габсбургов, а с 1748 - Бурбонов. После чего промчалось столетие смут и революций, завершившееся присоединением к Итальянскому королевству в 1860 году. Короче, повластвовали Неаполем по очереди чуть ли не все сильные мира сего, кому было не лень.

Нашпигованная историческими справками, я буквально вывалилась из автобуса на неаполитанскую землю. Точнее, на мостовую набережной.

- Неаполь - второй по значению порт в Италии! - еще слышался голос экскурсовода из автобуса.

- А какой первый? - рассеянно спросила, обернувшись.

- Генуя, - ответили мне, но мой организм уже отказывался воспринимать информацию.

Язык жестов

На набережной энергия и любовь к жизни била через край. Юные длинноволосые брюнеты и ослепительные блондинки (!), разомлев на солнце, целовались. Голосистая женщина бойко торговала свежей рыбой. Два решительно настроенных старичка о чем-то яростно спорили. Из их красноречивых жестов явствовало, что, скорее всего, о футболе. Если мы, россияне, в споре стараемся перекричать друг друга, то неаполитанца можно обезоружить, взяв его за руку.

Жесты вообще много значат в жизни итальянцев. Жестами они могут передать массу информации, непонятной для непосвященных. Если итальянец в разговоре дотронется до уха, будто бы поправляя волосы, это значит, что человек, о котором идет речь, - "голубой". Слегка оттянутое веко предупреждает вас, что нужно быть осторожным с тем, о ком говорят. Есть и еще одно значение этого жеста. Человек дает понять собеседнику, что с ним не следует хитрить.

Многие жесты были заимствованы из зашифрованного языка мафии.

В одном из ресторанчиков я долго выбирала между копченой грудкой гуся с грейпфрутом и клецками с маслом и шалфеем. Симпатичный официант терпеливо ждал.

- А что бы вы посоветовали заказать? Может, все-таки клецки? - спрашиваю официанта.

Итальянец вместо ответа покрутил пальцем у правой щеки. Слегка смущенная его, как мне показалось, комплиментом, я продолжила кокетливый допрос:

- Или все же гусиную грудку?

Темпераментный официант принялся крутить пальцами возле двух щек. Сознавая, что навсегда покорила его, я вздохнула:

- Ох, и трудно с этими итальянцами! - говорю сопровождающему нас гиду. - Им бы только пофлиртовать.

- Ничего подобного, - ответил гид. - Молодой человек всего лишь хотел сказать, что клецки - это вкусно, а грудка - очень-очень вкусно.

Оробев от такого неожиданного поворота, я заказала оба блюда. И, дабы не ударить в грязь лицом и навсегда уверить итальянцев, что русский язык жестов не менее выразителен, я спросила официанта:

- Что у вас есть из напитков? - и звонко щелкнула пальцами у шеи.

Красавец изобразил на своем лице задумчивость и исчез. Увлекшись поглощением гусиной грудки, которая и вправду была изумительной, я, каюсь, забыла о черноволосом официанте. Каково же было мое удивление, когда он неожиданно появился и поставил передо мной белоснежную тарелку с сиротливо лежащей на ней таблеткой.

- Что это? - спрашиваю.

- Лекарство, - отвечает.

- От чего? - интересуюсь.

- От горла. Вы же показали, что оно у вас болит, - официант, невинно хлопая ресницами, повторил "выпивошный" жест.

Мои одногруппники, сидевшие за столом, едва не подавились от хохота. Официант удалился высоко подняв голову, всем своим видом демонстрируя оскорбленное достоинство. Таблетку оставил.

Vedi Napoli e poi muori*

- Неаполь грязноват и шумлив, - сказал один мой одногруппник.

- Панорама Неаполитанского залива божественна в лучах заката, - возразил другой и почему-то запел: - О соле, о соле мио

- Я навсегда влюбилась в Неаполь, - сообщаю водителю нашего автобуса Луиджи.

- В Неаполь или неаполитанцев? - уточняет скрупулезный Луиджи.

Я задумалась. Одно было ясно: из всех увиденных итальянских городов, жить бы я согласилась именно в Неаполе. Его бесшабашный и в то же время таинственный дух, то и дело сбивающийся ритм жизни, эмоциональность и неопределенность притягивает меня мощным магнитом.

Напрочь забыв о намерении непременно посетить неаполитанские музеи, я направилась вверх по улице Витторио-Эммануэле-II, вьющейся над городом по склонам горы Сант-Эльямо. Открывающаяся внизу панорама города вырывает из груди возглас восторга. Вон набережная Санта-Лючия и знаменитый замок Кастель дельОво - овальной формы Замок Яйца, где погиб Ромул Августул, последний император Рима. Согласно легенде, Вергилий опрометчиво спрятал в стенах этой старой крепости волшебное яйцо. Неаполитанцы верят, что разрушение яйца приведет к разрушению всего замка. Будем надеяться, что волшебные яйца не тухнут.

Старый район Неаполя (Spacca Napoli) уставлен живописными храмами, не менее живописными полуразрушенными дворцами и менее живописными совсем разрушенными во время второй мировой жилыми домами. Сентиментальные жители города не собираются их сносить, дабы черные остовы с окнами-глазницами напоминали о безумстве войны.

Своей главной святыней неаполитанцы считают запекшуюся кровь святого мученика Януария Беневентского. Каким образом кровь сохранилась до сих пор - дело загадочное, ибо погиб он при Диоклетиане аж в 305 году до Рождества Христова. День святого Януария празднуется в первую субботу мая. Из Кафедрального Собора в двух золотых сосудах выносят бесценную жидкость. После усердных молитв кровь святого Януария неожиданно закипает, чем вызывает неизъяснимое удовольствие у христиан. Народ ликует, со стен древней крепости гремит пушечный салют. Всеобщее веселье, похожее на фестивальное, длится несколько дней.

Неаполь вообще располагает к праздности. Добрая половина коренного населения - уголовники. А что делать, если на всех работы не хватает? В городе больше 75 тысяч жителей на один квадратный километр при общеевропейской норме - 10 тысяч. Вот и шумит круглосуточно толпа на улице Толедо. Как, впрочем, и на других. Кому надоедает праздное шатание, ловит рыбу. Или продает. Видимо, многим иногда хочется поработать, ибо неаполитанский рыбный базар - один из крупнейших на Средиземноморье. Благо, залив под боком.

Презервативы - рыбам

Смотреть на Неаполь следует свысока. Набережная с видом на город и Неаполитанский залив, тесно прижавшиеся друг к другу дома с черепичными крышами и развешанным под ними бельем, парки с фонтанами и скульптурами, церкви способны тронуть сердце даже самого черствого циника. А эти романтические острова, виднеющиеся вдали! Капри - в форме возлежащей девушки особенно почитаем нашими соотечественниками: то ли потому, что грудь девушки безупречной формы, то ли потому, что остров уже обжили великие русские - Ленин и Горький. Места "трудовых будней" сих гениев пера котируются высоко. Номер в двухзвездочном отеле с удобствами во дворе стоит 100 долларов в сутки. Это Капри.

Когда император Тиберий увидел "возлежащую девушку" Капри, зашелся от зависти и предложил неаполитанцам разменять красотку на Иске (в то время самый большой остров возле Неаполя - Иске - принадлежал Римской империи). Неаполитанцы сказали: "Во, дурак! Капри-то меньше!". И махнулись, не глядя.

Если не полениться встать пораньше и встретить восход солнца у залива, то вы увидите огромную золотистую чашу, переполненную солнечными брызгами. Это и есть Неаполитанский залив. Полюбовались солнцем, и ступайте себе с Богом домой досыпать. Романтически настроенному туристу вблизи "чаши" делать нечего. Возвышенный настрой могут испортить посторонние предметы, плавающие в воде. Местным рыбам неаполитанцы завещали достаточное количество горюче-смазочных материалов, переливающихся всеми цветами радуги, куски пенопласта, средства механической защиты от венерических заболеваний и предупреждения беременности. Почему-то использованные.

Их нравы

Неаполитанец считает себя владыкою рая и северные страны рисует себе весьма мрачно. "Вечный снег, деревянные дома, полное невежество, но денег вволю". Вот их представление о нас. Гете. "Итальянское путешествие"

Видимо, Аль Капоне в детстве начитался Гете и отправился в Соединенные Штаты, решив, что это и есть та "северная страна", где "денег вволю".

Как рассказывают люди осведомленные, мафия в Италии делится на три основные ветви. Мафия как структура базируется на Сицилии. Соответствующее "подразделение" в Калабрии называется индрангета, а в Неаполе - каморра. Каморра - самая древняя мафиозная организация в Италии. Она зародилась в XVII веке как орудие защиты бедняков, и в свое время успешно боролась против Бурбонов. Теперь же каморра - банда наемных убийц, организованных разбойников.

Однако, москвичей, привыкших к национальному ритуалу "разборка", трудно напугать или удивить какой-то там каморрой. Неаполитанцы жалуются, что в их городе самый загрязненный воздух и самое оживленное автомобильное движение в Италии. Да к тому же в Неаполе не принято соблюдать правила дорожного движения. Как будто в Москве это принято! Или, можно подумать, что мы дышим воздухом посвежее! Фи! А что касается автомобильного движения, то Неаполь с его узкими улицами вообще плохо приспособлен для габаритного транспорта типа "линкольна" или шестисотого "мерса". Конечно, "большие" мужчины все равно ездят на больших машинах: мастерство и неожиданная находчивость неаполитанских водителей явно компенсируют недостаток дисциплины на дорогах.

Мы ехали по улочкам Неаполя на огромном экскурсионном автобусе, и Луиджи непрерывно сигналил. Я уставилась в окно и разглядывала бесшабашных смуглянов и смуглянок, плескающихся в фонтанах прямо в одежде или в минимальной ее части. Памятуя о процентном содержании криминального элемента, сомневалась: " Неужели этот бандит, а этот - мошенник? А она - киллерша? Бред какой-то!". Молодые люди сильно смахивали на обыкновенных российских студентов.

- Это студенты? - уточняю я у сына Луиджи - Альберто.

- Си, - утверждает разговорчивый Альберто.

Значит, так и есть. Альберто сам учится в неаполитанском университете. За учебу платит папа. Понятие стипендии отсутствует как таковое. Правда, особо одаренным студентам учебу оплачивают меценаты. Возможно, меценатские деньги - единственные, идущие точно по назначению. Родительские финансы находят более широкое применение. Ибо на шприцы (и их содержимое!), которыми усыпаны университетские дворики, требуются немалые затраты. Куда только карабинеры смотрят? Оказывается, я произношу это вслух, ибо наш гид Людмила тотчас рассказывает анекдот про полицию.

Некое лицо задает вопрос итальянскому радио:

- Почему карабинеры ходят всегда по двое?

- Ничего удивительного. Один из них умеет читать, а другой - писать.

- Правда ли, что южане-итальянцы, и в частности, неаполитанцы - сплошь хулиганы и бездельники? - спрашиваю Людмилу, без малого два десятка лет прожившую в Италии.

- Итальянцы-северяне напрасно ругают поголовно всех южан, считают их бездельниками, людьми второго сорта. Такие, конечно, тоже есть. Веселые люди. Не хотят работать - и не работают. Так исторически сложилось. У них есть море, есть солнце, так зачем изнурять себя физическим трудом?

- Но неаполитанцы стонут, что им не хватает рабочих мест!

- Стонут-то они стонут, но на грязные работы не соглашаются. В сфере обслуживания - сплошь цыгане, негры и филиппинцы.

- А в промышленности?

- В начале века даже на фабрики южан нанимали не больше, чем на неделю. После южанин уставал и уходил отдыхать в запой. Да и сейчас 50% южной Италии не имеют постоянной работы, перебиваются сезонной. А на севере - почти стопроцентная занятость населения. Поэтому север и зол на юг. Север отправляет на юг деньги, а там они бесследно исчезают.

- Происки мафии?

- Не думаю. Сейчас с мафией в основном покончено в Италии.

- Мне рассказывали другое.

- Слышали об операции "Чистые руки", когда тысячи итальянских офицеров полиции, спецслужб, карабинеров боролись с мафиози? И погибали сотнями. Но и обезглавили мафию мелкого и среднего "бизнеса".

- Так значит, мафия не бессмертна?

- Бессмертна та часть мафии, которая срослась с политическими кругами. Если раньше рыбак не мог продать корзину рыбы без "оброка", если не было ни одного киоска, ни одной палатки, не имеющей крышу

- До боли знакомо!

- В России так до сих пор, я знаю. В Италии - уже нет. Никаких "крыш" - сразу арестуют и засудят. Особенно на севере. В Неаполе и южнее - это еще теплится. Но уже не в той форме, и не с тем размахом. Когда 25 лет назад я впервые собиралась на Сицилию, родители и друзья дружно отговаривали меня от этой поездки. Еще бы, ведь там мафия! Но я все равно поехала: и, не успев сойти с самолета, тут же во всеуслышанье спросила: "Как на Сицилии обстоят дела с мафией?". Мои собеседники внезапно застыли с выражением ужаса на лице. Мой вопрос остался без ответа. Уже в гостинице они, озираясь, приходили по одному ко мне в номер и говорили: "Синьора, не нужно произносить это слово вслух. Опасно для жизни". В тот же день хоронили молодого парня. Я его видела. Красивый, юный. Убили его за то, что он продал пол-корзины рыбы при входе на рынок. А в то время мафия так строго все "держала", что нельзя было шагу ступить, не заплатив. Никто не решался даже слова молвить. До сих пор, по старой памяти, из южан невозможно вытянуть свидетельские показания.

Калиостро жив

На площади, на улочке его мелькает след:
Свершилось преступление - Макавити там нет!
Он с виду просто джентльмен
(хоть на руку не чист!),
И отпечатков лап его не брал криминалист,
Но если ваш взломали сейф, пропала денег пачка,
Исчезло чудом молоко, задушена собачка,
Побиты стекла в парнике, недостает котлет:
Так вот что удивительно - Макавити там нет!
Томас Элиот.
"Макавити - Преступный кот"

Неаполитанцы разительно отличаются от жителей остальной Италии. Об их одержимой преданности своей семье, дому и городу слагаются легенды. В Неаполе нет непатриотов своего города во всех слоях общества. Даже реклама молочных продуктов на автобусах читается так: "Мой Неаполь - мое молоко". Поэтому лучше воздержаться от замечаний по поводу мусора на улице или непрерывных автомобильных сигналов на дорогах.

Неаполитанцы - веселые, добродушные, ленивые, бесшабашные, хитроватые, находчивые. Такие похожие на нас! Некогда в Неаполе жил граф Калиостро (вообще-то он родом из Палермо). Изощренный мошенник и гениальный выдумщик, он смог обдурить не одного великого мира сего. Однако, наша Екатерина II тоже была не лыком шита. Умная баба, она-таки раскусила итальянца и сумела его вытурить из России, правда пожертвовав ему огромный гонорар. Передача денег состоялась на границе, дабы почтенный граф не вздумал вернуться обратно.

Находчивые последователи господина Калиостро - неаполитанцы додумались после второй мировой войны выпустить монеты, на которых значилось: "Первому американскому солдату, вошедшему в Неаполь". Бизнес был сделан колоссальный. Каждый второй американец, которого занесло в Неаполь в послевоенное время, смог похвастаться монетой.

Неаполитанец живет одним днем. На последние 10000 лир он скорее сыграет, нежели купит еды.

Страстность неаполитанцев проявляется даже на службе. Вниманию редакционного руководства! Типичный неаполитанец Франческо, помогавший в организации путешествия нашей группы, так разговаривал со своей подчиненной:

- Моя любовь, обожаю тебя по-прежнему. У меня русская группа, которая смертельно устала. Мы подъезжаем к отелю, даю тебе пять минут на расселение. Нежно целую.

А ведь у них с "любовью" - чисто деловые отношения! Ну как тут не расселить группу? Да хоть за две с половиной минуты! Честное слово, так и было в фешенебельном отеле Pinetamare, что расположен в окрестностях Неаполя на берегу Тирренского моря. Жаль лишь, что вставать пришлось рано, в семь утра. Но нас ждали новые дороги. Еще не проснувшись, я "на автопилоте" бродила утром по коридорам в поисках ресторана с завтраком. Один из элементов интерьера неожиданно заговорил со мной:

- Как здорово, что я тебя встретил! Приходи вечером в бассейн, поплаваем вместе.

- Ладно, встречаемся в три пятнадцать возле бани, - буркнула я спросонья и пошла дальше.

Обернулись мы одновременно. Сон как рукой сняло. Элемент интерьера оказался моим знакомым бизнесменом из Петербурга, которого я не видела уже несколько лет.

- Так ты не итальянка? - засомневался знакомый.

- А с итальянками ты по-русски разговариваешь?

- Ты не изменилась. Как всегда, непочтительна. Так встретимся у бани?

- Конечно. В три пятнадцать.

Правда, мы забыли уточнить, где именно. В Неаполе, Москве или Петербурге.

Светлана Боровикова
01.10.1998

Источник: Отдых

http://guide.travel.ru/archive/4326.html

Наверх страницы

www.liveitaly.eu

  • Италия
  • Иммиграция
  • Бизнес в Италии
  • Регистрация фирм
  • Вид на жительство
  • Воссоединение семьи
  • Итальянское гражданство

Отели в Италии